Медсестра Лиз Смит всегда мечтала стать матерью. Но до 45 лет она не вышла замуж и не родила детей. В детской больнице она познакомилась с Жизель, которую почти полгода никто не навещал. Она так полюбила девочку, что удочерила ее. Как случайная встреча может изменить жизнь — в материале The Washington Post.

«Я стану ее матерью»
Два года назад 42-летняя Лиз Смит, старшая медсестра детской больницы Franciscan Children’s в Брайтоне, увидела ее у лифта: маленькую девочку с ярко-синими глазами и единственным каштановым завитком волос на лбу.

— Кто этот ангел? — спросила Лиз у медсестры, которая катила коляску с ребенком по коридору.

— Ее зовут Жизель, — ответила та. Девочке было восемь месяцев. Пять из них она лечилась в стационаре. Лиз не видела ее прежде.

В тот день медсестра Смит узнала, что Жизель родилась недоношенной и весила меньше килограмма. Врачи диагностировали у нее абстинентный синдром новорожденных. Во время беременности ее мать употребляла героин, кокаин и метадон.

В три месяца штат Массачусетс взял Жизель под свою опеку. По решению властей ее перевели в детскую больницу Franciscan Children’s. У нее были серьезные проблемы с легкими. Девочка не могла есть сама — ее кормили через трубку. За пять месяцев ребенка ни разу никто не навестил.

Социальная служба пыталась найти для Жизель приемную семью, но не смогла.

После той встречи у лифта Лиз не могла найти себе места. Она вспоминала девочку и про себя повторяла ее имя по дороге домой. Позже медсестра признается журналистам, что уже все решила в тот момент.

— Я говорила себе, что воспитаю этого ребенка. Снова и снова повторяла: «Я стану ее матерью», — вспоминает Лиз Смит.

«Эта боль никогда не утихнет»
Лиз Смит родилась в Андовере, штат Массачусетс. Она росла с двумя братьями и двумя сестрами, а сама была средним ребенком. Родители развелись, когда Лиз было девять. Но мама делала все, чтобы ее дети росли счастливыми.

Когда Лиз исполнилось 19 лет, мать умерла. У нее был рак печени. Девушка считала, что лучший способ почтить память родного человека — прожить достойную жизнь, следуя ее примеру.

— Моя мама была медсестрой в педиатрическом отделении. И всегда заботилась о других больше, чем о себе. С детства я мечтала стать такой, как она. Поэтому и выбрала ту же профессию, — вспоминает Лиз Смит.

Лиз мечтала, что выйдет замуж и создаст крепкую семью. Ей хотелось родить дочь или сына. На свадьбах братьев и сестер она думала, что однажды и она обретет свое счастье. Но жизнь сложилась иначе.

— Я никогда не думала, что материнство станет моей проблемой, — говорит она. — Когда хочешь ребенка, невозможно об этом забыть, заполняя жизнь чем-то другим. Эта боль никогда не утихнет.

Лиз стала «лучшей на свете тетей» для 13 племянников и племянниц. Но братья и сестры понимали, что она мечтает о своем ребенке.

— Я всегда представляла Лиз мамой, она всегда любила детей и прекрасно ладила с ними, — говорит одна из ее сестер, 40-летняя Элли.

Лиз Смит надеялась родить ребенка с помощью ЭКО. Но узнала, что ее медицинская страховка не покрывает лечение. Процедура оказалась для медсестры слишком дорогой. Сестры предлагали подумать о приемном ребенке, но Лиз была к этому не готова.

Потом она увидела Жизель.

«Кровные родители ее потеряли»
После встречи с девочкой медсестра Смит каждый день приходила в ее палату. Она сидела у кроватки Жизель, рассказывала сказки и пела колыбельные.

— Она отставала в развитии. Я хотела забрать ее из больницы, чтобы Жизель почувствовала заботу и любовь, — вспоминает Лиз.

Лиз Смит запросила у властей разрешение на опеку. Через три недели ей позволили забрать девятимесячную девочку к себе, но только временно. Социальные службы планировали сделать все возможное, чтобы младенец вернулся в кровную семью.

Друзья помогли Лиз установить кроватку Жизель в ее спальне.

— Когда мы уезжали из больницы, мне не верилось, что все это происходит со мной, — вспоминает медсестра.

Она взяла две недели отпуска, чтобы уделить девочке как можно больше времени.

— Я была взволнована. У меня в любой момент могли ее отнять. Но я готова была сделать для Жизель все, что в моих силах, — вспоминает Лиз.

Вскоре служба опеки пришла к выводу, что кровная семья Жизель не сможет заботиться о ней. Соцработники навещали отца и мать несколько недель, но они так и не изменили свой образ жизни. Поэтому их лишили родительских прав. Других родственников у девочки не было.

Лиз Смит была рада, что сможет удочерить Жизель. Но при этом сочувствовала ее близким, которые потеряли девочку.

— Когда мне позвонили и сказали, что их лишили родительских прав, мне было грустно. Моя радость была чужим несчастьем, ведь их семья разрушилась. Трудно описать, что я чувствовала в этот момент, — говорит она.

Лиз Смит заботилась о Жизель вместе со своим братом, Филом. Благодаря их любви девочка менялась на глазах. В год и три месяца она пошла и впервые заговорила.

— Она увидела воздушные шары и сказала: «Бадун!», — смеется Лиз. — Мы теперь всегда называем их так.

В октябре 2018 года в суде Броктона Лиз Смит признали матерью Жизель. Они стали одной семьей — уже и официально.

— Лиз так долго ждала этого. Жизель стала для нее родной, не представляю, как мы жили без нее раньше, — говорит 44-летний Фил Смит.

Жизель исполнилось два года. Она весит 10 килограммов, любит сыр, авокадо и пиццу. Это энергичная, веселая девочка, которая обожает петь.

— Сейчас ее любимая песня You Are My Sunshine. Когда она поет ее мне, я думаю про себя: «Как же я счастлива…» — говорит Лиз.

10 мая 2019 г.
Источники: The Washington Post, Православие и мир