СБОР ЗАКРЫТ!

Отчет о поездке в дельфинарий

Несколько месяцев мы собирали для Андрея Рогалева, мальчика с аутистикоподобным синдромом, средства на оплату курса дельфинотерапии.

Недавно Андрей с мамой вернулись из Анапы, и Ольга прислала нам письмо с рассказом о том, как они проходили дельфинотерапию.

«Добрый день. Несколько дней назад мы с Андрюшей вернулись с курса дельфинотерапии! Хотим выразить Вам огромную благодарность за такую возможность!!!

Терапия прошла просто замечательно, Андрюша был в восторге, куча эмоций, новые знакомства! И ещё спасибо за замечательный подарок ко дню рождения сына!

Ведь 30 октября мы как раз были на терапии и плавали с дельфинчиками ) Андрюша только вчера пошёл в садик и всем рассказывает про дельфинов, теперь уже осознанно про белуг и афалин, принёс в садик ракушки которые сам собирал, куча эмоций и впечатлений.

Самый значительный результат, что Андрей начал читать, и не просто уже слоги, а слогами слова! Для нас это огромный прогресс!

Словообразование всё так же нарушено, в активный словарь не переводит предлоги, но по заданиям по картинкам стал правильно отвечать. Ещё раз огромное Вам спасибо!!!»

Ольга Рогалева

27 ноября 2017 г.

Рогалев Андрей, 6 лет, с. Михайловское Алтайского края.

Диагноз: расстройство аутического спектра, ЗПРР.

Собранные средства пойдут на: оплату курса дельфинотерапии (10 занятий по 25 минут).

Ожидаемый результат: улучшение речевых навыков, стабилизация психического состояния.

Сумма сбора: 84 000 рублей.

Срок сбора: 15 октября 2017 года.

Когда Ольга Рогалева ожидала ребенка, то у нее не возникало никаких тревог по поводу здоровья малыша. Мальчик родился в срок, получил 8 баллов по шкале Апгар. Врачи не нашли у него никаких отклонений.

Когда Андрюше был месяц, Ольгу что-то насторожило в его поведении. Она рассказала об этом врачу, но тот пожал плечами: все нормально, развивается очень хорошо. Никаких отклонений.

Все вроде так и шло, как положено. Но потом, когда мальчику было 6 месяцев, произошло страшное: ребенок перестал развиваться. Он остановился в своем психическом развитии, и в три года его уровень соответствовал уровню годовалого ребенка.

— Он не начал говорить, он не мог сделать того, что обычно делают детишки уже в годик: не мог показать, где глазки, где ротик, где мама, где папа, где бабушка. Мы прошли обследование, и вот тогда я и услышала эти страшные слова: аутистикоподобный синдром. То есть фактически — одно из проявлений аутизма.

После обследования нам дали инвалидность, но лечится ли это — не сказали, — рассказывает Ольга. — Мы жили в деревне, местный врач ничего не мог сказать. Андрюша вел себя неадекватно: мог часами сидеть, зажав уши руками, то у него начинались приступы страха, то он проявлял агрессию к окружающим, ночами просыпался с криками — ему снились кошмары. Я понимала, что ему требуется лечение, но не знала, куда обратиться.

Когда Андрею было полтора года, из семьи ушел отец. Не выдержал жизни с таким ребенком. Ольга подала на алименты, но бывший супруг не имеет постоянной работы. Алименты и так копеечные, но он и их не выплачивает.

Андрея пытались лечить в ПНД, но безуспешно. Ольга говорит, что после такого лечения ему стало только хуже. Первые слова у мальчика появились только в возрасте трех с половиной лет.

Сейчас Андрею шесть с половиной лет. Внешне он обычный ребенок, ничем не отличающийся от других здоровых детей. Но ровно до тех пор, пока не начинает говорить. Точнее сказать, произносить слова, ведь то, что сходит с уст мальчика, трудно назвать речью.

Он путает числа, падежи, род, может сказать: «Один яблоко, три яблок», «я пошла», «мама ушел». В его речи отсутствуют предлоги и союзы, и когда он объясняется, то создается впечатление, что он просто наугад называет знакомые слова. При таких расстройствах показана дельфинотерапия. Ольга очень надеется, что курс психокоррекции с использованием дельфинов даст толчок к развитию речи у Андрея.

7 июня 2017 г.